Category: литература

Москва

Вводная часть

Приветствую вас, уважаемые гости журнала!
Надеюсь, что размещаемые здесь темы заинтересуют и подвигнут вас на их обсуждение или даже на конструктивную критику. Последняя допускается, но без агрессии и оскорблений.
В друзья добавляю журналы, которые по тем или иным причинам меня заинтересовали.
Вот, в общем-то, и все. Жду вас на страницах моего ЖЖ!

Моя книга: "Свобода. Величайший миф современности"



Free counters!
СКП

Неуслышанные предупреждения Леонида Леонова. Часть 5. "Художник великого подвига"

Художник великого подвига

Тем временем неумолимой поступью приближалась война. В отличие от некоторых собратьев по писательскому цеху, Леонов ни на минуту не поддался унынию или страху. С первых же дней вражеского нашествия его перо стало разить врага, возбуждать в советских людях чувства патриотизма и ненависти к тем, кто пришёл убивать, грабить, насиловать. В советских газетах публикуются пронзительно-сильные статьи Леонова, он пишет сценарии для «Боевых киносборников», а половину получаемых гонораров перечисляет в Фонд обороны. Трудно остаться невозмутимым, читая написанные в те годы строки — через них передаётся волнение автора и чувствуется дыхание грозовых военных лет. «Пройдут годы. Как мрачный сон планеты, схлынет в небытие гитлеровский эпизод. Новые вёсны обольют своим цветом пожжённые, подавленные танками наши сады… Чёрным словом вспомнят люди этих дикарей, возомнивших себя владыками мира, и с благодарностью произнесут имена славных защитников Москвы, которая жила, боролась, трудилась — и не была сдана. Бывают минуты, которые ст`оят вечности. В такое время живёшь ты, наша Москва!» — пишет Леонов в ноябре 1941 года (статья «Наша Москва»). «…Мы услышали новых людей, которые в огне сражений или в бессонной партизанской ночи отдали себя родине. Они стоят перед нами во весь свой исполинский рост, светлее солнца, без которого никогда — ни в прошлом, ни в будущем нашем — не цвели бы такие цветы на благодатной Русской земле. Воистину непобедим народ, который родил их!» — продолжает он в другой статье — «Твой брат Володя Куриленко», посвящённой подвигу 17-летнего партизана.

Невероятно живыми и волнующими были репортажи Леонида Леонова. Работая военным корреспондентом «Известий» и «Правды», он неоднократно выезжал на фронты — Брянский, Волховский, 1-й Украинский, наблюдал за Харьковским процессом — первым открытым процессом над нацистскими преступниками.

Collapse )
СКП

Неуслышанные предупреждения Леонида Леонова. Часть 4. "Любимое детище"

«Скутаревский» и судьбы интеллигенции

Следующий роман — «Скутаревский» — вышел спустя всего два года. Затрагивая иные проблемы — судьбы российской интеллигенции в новую эпоху и становление советской науки — он, однако, крепко соединён с предыдущим произведением идейными нитями. Жизненный путь главного героя — учёного-электрофизика Сергея Скутаревского — настоящий подвиг во имя науки. Сын скорняка, вырвавшийся из своей среды исключительно благодаря упорству и жажде знаний, он долгое время не находил применения своему таланту. «Однажды его выселяли за просрочку квартирной платы; в другой раз его чуть не убило при испытании высоковольтного трансформатора. Семья кормилась на копейки», — таков был удел молодого учёного в царской России. Со временем капитал уразумел для себя пользу его открытий. У Скутаревского появились деньги, его имя зазвучало, но не о такой славе он мечтал: «Лихая эта метелица успеха длилась до самой революции; она слепила и мешала работе, которая была его целью, подвигом, схимой и единственным путём к самоутверждению».

Несмотря на предложения западных университетов, после 1917 года он остался в стране и однажды был приглашён на встречу с Лениным — человеком «с именем которого были связаны светлейшие надежды одной и животный страх другой, гораздо меньшей половины человечества». Скутаревский был потрясён: его собеседник не только проявил осведомлённость в вопросах физики, но и предложил «построить новый, со своей собственной подстанцией институт, специально для работ Скутаревского и его немногочисленных учеников. Сергею Андреичу предоставлялись выбор места, оборудованья, составление эскизного проекта и даже самая смета». Советская страна, которая даже в тяжелейшее время смотрела в будущее, дала учёному возможность творить. «Сквозь окопы войны и рогатки блокады сюда привозили осциллографы, — тогда ещё совсем новинки, зеркальные гальванометры, редчайшие компараторные аппараты и те высоковольтные, до миллиона вольт, трансформаторы, которых в ту пору не имели ещё и немцы», — отмечает автор. Ленинская идея всеобщей электрификации соединилась с научной мечтой Скутаревского о беспроводной передаче электроэнергии на любые расстояния.

Collapse )
СКП

Неуслышанные предупреждения Леонида Леонова. Часть 3. "Рождение неслыханного мира"

Первый роман

О том, что весна всё-таки возможна, и Унтиловску не вечно стоять на земле, Леонов ощущает всё сильнее. Это выразилось в его первом романе «Барсуки», опубликованном отдельной книгой в 1925 году. Здесь нам снова приходится столкнуться с оценкой, данной Захаром Прилепиным. В своей книге он утверждает, что «Барсуки» прямо-таки пропитаны антисоветским пафосом, и удивляется, как это цензура пропустила роман в печать. «Легко трактовать этот роман как по сути антисоветский. Сегодняшнее прочтение его вообще оставляет в недоумении: как же, честная и злая, эта вещь входила в святцы советской литературы — что она там делала вообще?» — вопрошает Прилепин.

Для такого ультимативного заявления необходим набор аргументов. Есть ли они у Прилепина? Формально — да, только вот неоспоримыми их назвать никак нельзя. Критик берёт какую-то фразу или мысль — и обнаруживает в ней скрытый антисоветский подтекст, якобы заложенный Леоновым. Вот один из примеров: большевик Павел (он же Антон), с детства живший в городе и трудившийся на заводе, при возвращении в родные деревенские края принимает поганки за съедобные грибы. Прилепину этого достаточно, и он объявляет эпизод закамуфлированным идеологическим выпадом. «Вот тебе и переустройство мира! Вот тебе и строители его, лишённые всякого чувства природы и почвы!» — восклицает он, уверяя читателя, что то же самое хотел сказать о коммунистах Леонов.

Collapse )
СКП

Неуслышанные предупреждения Леонида Леонова. Часть 2. "Путь в литературу"

Родом из Зарядья

Леонид Леонов родился 19 (по новому стилю, 31) мая 1899 года в Москве. Его семья принадлежала к довольно распространённой на рубеже веков социальной группе. От малоземелья и нужды пореформенные крестьяне стекались в города, где работали кто извозчиком, кто чернорабочим, а кто, опустившись, пополнял ночлежки Хитровок и Сенных площадей. Деду писателя — Леону Леонову — повезло больше. Из своего родного Тарусского уезда Калужской губернии он перебрался в Москву, в Зарядье, где завёл бакалейную лавку. Своего сына Максима он тоже хотел приучить к торговому делу, но тому приглянулась иная стезя. С детства любознательный и любивший чтение, он рано начал писать стихи в стиле популярного тогда поэта-самоучки Ивана Сурикова («Что стоишь, качаясь, тонкая рябина» — самое известное суриковское стихотворение, переложенное на музыку). В 15 лет в печати вышли первые его стихи, а вскоре Максим Леонов, или Максим Горемыка, как чаще всего подписывался он под своими произведениями, сошёлся с другими поэтами из народа. Вместе они организовали своего рода литературный кружок, который регулярно собирался для бесед и даже выпускал поэтические сборники.

В семье страсть юноши не одобряли. Много позже его сын Леонид писал: «В Зарядье литературы, можно сказать, не ценили, и свой сюртук, например, в котором отправлялся на литературные выступления, поэт Максим прятал в дворницкой. Собираясь в кружок, тайком переодевался у дворника, а на рассвете, возвращаясь через окно, чтобы не будить родителя, в той же дворницкой облачался в косоворотку и поддёвку для приобретения прежнего зарядьевского обличья». Собрания молодых поэтов между тем заинтересовали полицию.

Collapse )
СКП

Неуслышанные предупреждения Леонида Леонова. Часть 1. "Торжество беспамятства", "Яд от Быкова"



Глубина кризиса, в который тридцать лет назад погрузились общества Российской Федерации и других бывших советских республик, чётко видна на примере литературы. Действительно талантливые произведения и великие имена либо замалчиваются, либо преподносятся в ложном свете. Их место заняла агрессивная серость, чей успех прямо пропорционален объёму грязи, выливаемой в окружающее пространство. Это видно на примере отношения к таким выдающимся мастерам слова, как Леонид Леонов. Изложенные в его книгах мысли сегодня пытаются извратить, навязав читателям ложное представление о писателе, и без того почти позабытом в современной России.

Торжество беспамятства

От чего зависит количество читателей у автора? Первое, что приходит на ум — от таланта. Но это условие далеко не всегда является достаточным. Вспомним, как горячо надеялся Пушкин на время, когда:

Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой,
И назовёт меня всяк сущий в ней язык…


Collapse )
СКП

Длинная дорога Леонида Леонова. К 120-летию писателя



Среди выдающихся писателей XX века Леонид Леонов занимает не последнее место. Однако после смерти автора судьба его произведений оказалась трудной. К забвению у широкого круга читателей добавились попытки перетолковать творчество Леонова в ложном свете. Сегодня, в день 120-летия со дня рождения великого писателя, необходимо встать на защиту его памяти.

Торжество беспамятства

У жителя современной России нет прямых путей к русской литературе. Связующим звеном ещё остаётся школа, но с каждой новой реформой эта тропка становится всё уже. Всё труднее человеку нащупать её, чтобы, преодолевая колючие заросли и топкие трясины эрзац-культуры, выйти на прямую и светлую дорогу любви к родному слову.

Отказ от социализма обернулся забвением огромного числа имён и вымыванием целых пластов культуры. Одним из тех великанов, которых пытаются задвинуть в пыльный угол беспамятства, является Леонид Леонов. Сегодня его имя почти забыто, хотя по своему таланту он уступает в XX веке разве что Шолохову и Горькому. «Он, Леонов, очень талантлив, талантлив на всю жизнь и — для больших дел», — писал последний ещё в начале 1930-х годов, добавляя, что Леонов продолжает дело классической русской литературы. А вот мнение младшего современника писателя — Юрия Бондарева: «На таких мастерах, как Леонов, держится и русская, и европейская культура».

Collapse )
СКП

Талант, посвящённый народу

В Бишкеке открылась выставка, рассказывающая о жизни и творчестве народного писателя Киргизии Калканбая Ашимбаева. Член Партии коммунистов, он называет своей главной задачей воспитание молодёжи в духе социализма и гордости достижениями советской эпохи.

САМЫЙ ВЕРНЫЙ показатель морального авторитета политической организации — это мотивы вступающих в неё граждан. Буржуазные партии привлекают людей возможностью добиться определённых должностей и материальной выгоды. Неудивительно, что рассыпаются они столь же быстро, сколь появились: эгоизм — ненадёжный стержень.

Другое дело — коммунисты. Человеком, решившим присоединиться к компартии, движут идеи самопожертвования, желание сделать окружающую действительность чище и лучше. Это видно на примере Партии коммунистов Киргизии, ставшей точкой притяжения для людей, добившихся уважения и настоящей народной любви. В ПКК состоят такие известные деятели культуры, как оперная певица на-родная артистка СССР Кайыргуль Сартбаева, певица и народная артистка Киргизии Дарика Жалгасынова, народный поэт республики Гулсайра Момунова, народный писатель Мырзабек Тойбаев. До последних дней жизни сохранил верность партии дирижёр народный артист СССР Асанхан Джумахматов (1923—2008 гг.).

Достойное место в этой замечательной плеяде занимает Калканбай Ашимбаев. Его биография характерна для Советской страны, открывавшей путь к вершинам мастерства для детей рабочих и крестьян. Родился он в семье колхозника в небольшом иссык-кульском селе. В годы Великой Отечественной войны К. Ашимбаев наравне со взрослыми работал в поле, как и все, мечтая о скорейшей Победе над врагом. Об этом времени напоминает медаль «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», которой он был позже награждён.

Collapse )
СКП

«Чрезвычайное явление русского духа». К 180-летию смерти А.С. Пушкина



Спустя 180 лет после трагической гибели А.С. Пушкин остаётся одной из главных опор русской культуры. Его невероятное по глубине и богатству творческое наследие не только не устарело, но и продолжает ставить перед нами вечные вопросы — и одновременно отвечать на них. Но живое пушкинское слово, волновавшее и звавшее за собой поколения советских людей, может замолчать: утвердившейся в России власти не нужны ни Пушкин, ни просвещённый народ.

Народ без народного поэта

Знаменитые слова поэта Аполлона Григорьева о том, что «Пушкин — наше всё», знает каждый. На первый взгляд, доказательств этот постулат не требует. Пушкин входит в нашу жизнь с детских лет, сопровождает нас в школе, а со многими — к сожалению, конечно, не со всеми — идёт рука об руку всю жизнь. Как бы то ни было, Александр Сергеевич — это первая ассоциация при словосочетании «русский поэт», и трудно найти в России, да и на всём постсоветском пространстве, человека, не сумевшего бы прочитать на память пусть даже одну строчку из великого писателя.

Но всегда ли это было так? Написав о том, что Пушкин — «самородок» и «пока единственный полный очерк нашей народной личности» (статья «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина», 1859 год), Григорьев выразил мнение довольно узкого слоя тогдашнего российского общества. Вплоть до Великой Октябрьской социалистической революции известность Пушкина ограничивалась дворянством, разночинной интеллигенцией, частично мещанством и купечеством. Основная масса населения страны, прежде всего крестьянство, с творчеством поэта не была знакома.

Во-первых, из-за низкого уровня грамотности. Согласно всеобщей переписи населения 1897 года — первой и последней в Российской империи — грамотным в стране был 21 процент населения. Само собой разумеется, этот показатель сильно разнился по регионам. Если в прибалтийских губерниях он превышал 90 процентов, то в Сибири грамотных было чуть больше 10 процентов, а в Средней Азии лишь три человека из ста умели писать и читать. За два последующих десятилетия картина кардинальным образом не изменилась. Непосредственно перед Великой Октябрьской социалистической революцией, насколько можно судить по подворным переписям 12 губерний, уровень грамотности на селе не превышал 24 процентов. Другими словами, богатейший пласт русской культуры, включая литературу, был недоступен большинству жителей страны. Об этом обязательно нужно помнить, когда заходит речь о мифической «России, которую мы потеряли».

Collapse )

НЕНАВИСТНИК СТАРОГО МИРА. К 135-летию А.А. Блока

Одному из величайших русских поэтов Александру Блоку 28 ноября исполняется 135 лет. «Чистой поэзией» его наследие не исчерпывается. Блок — это ещё и оригинальный мыслитель, сумевший предвидеть Великую Октябрьскую революцию. Многие из его идей вполне современны. Среди них — губительность раскола между «элитой» и народом.

Избавление от культуры

Человеку, любящему русскую культуру, тяжело жить в современной России. Этому парадоксу больше двадцати лет. Начиная с перестройки русская культура как дореволюционного, так и советского периода не просто целенаправленно и методично подвергается забвению — её, того хуже, опошляют. Лучше всего это видно на примере литературы.

В средней школе классическая литература год от года становится объектом изощрённой вивисекции. От неё по кусочку отрезают то автора, то произведение… Нынешние школьники уже не изучают пушкинское «К Чаадаеву» («души прекрасные порывы» сегодня, видимо, неактуальны), изгнаны из школьной программы Чернышевский и Николай Островский, меньше времени уделяется Гоголю, Лермонтову, Горькому, Шолохову. В фаворе — Солженицын и Шаламов, способные привить подростку не только ненависть к литературе, но и презрение к родной стране.

Но даже это, активно урезаемое знакомство человека с родной литературой является, по сути, первым и последним с ней соприкосновением. После школы между гражданином и многовековой, богатейшей культурой воздвигается глухая стена. Основной источник знаний обывателя об окружающем мире — средства массовой информации — поведают вам о чём угодно: о новостях шоу-бизнеса, убийствах, правилах приготовления спагетти и двадцати способах справиться с повышенным потоотделением, но только не о великой русской литературе. Последняя присутствует почти исключительно в виде скабрезных анекдотов и пикантных сплетен, на основе которых снимают «документальные» фильмы и целые сериалы. Подобному унижению успели подвергнуться Достоевский, Есенин, Маяковский и многие другие великие писатели. Их сложные судьбы препарируются до уровня лёгоньких водевилей, где главное — любовные интриги, а вовсе не бессмертное творчество и великие прозрения.

Collapse )