Сергей Кожемякин (kojemyakin) wrote,
Сергей Кожемякин
kojemyakin

"Пламя". Глава 7

 

Глава 7

 

Когда они шли по заросшему бурьяном полю, молодой корнет Васечкин не замолкал ни на мгновение, рассказывая смешные истории из своей недолгой армейской жизни и выражая неподдельное восхищение смелостью Шатрова (который для корнета, естественно, был не Шатровым, а начальником Александровской варты), решившегося в одиночку, скрывая свое высокое положение, объехать эти неспокойные места.

Но Иван Сергеевич не слушал его. Шатровым сейчас полностью овладели мыли самого различного свойства. С одной стороны, он понимал, какой необычный успех сопутствовал им, а, в частности, ему самому при встрече с карательным отрядом. Какое, в сущности, это было везение, ведь ошеломленный помещик Миргородский даже не спросил его фамилию!

Но существовала и другая сторона, которая никак не давала покоя Ивану Сергеевичу. Одного взгляда на Миргородского было достаточно, чтобы стало ясно – этот человек далеко не глуп. Шатрову просто-напросто действительно повезло, что в качестве своего рода занятий он назвал руководство александровской вартой. Видно, и вправду человек с подобным титулом должен был со дня на день появиться здесь. Только так можно объяснить первоначальное замешательство Миргородского. Но нетрудно было понять, что помещик – совсем не тот, кого можно провести на мякине. К своей тревоге это заметил и сам Шатров в последующие минуты, особенно в момент, когда Миргородский крикнул ему вдогонку. Он явно что-то подозревал, о чем говорил и его пронзительный взгляд, и голос.

Размышляя, Иван Сергеевич невольно вспомнил и про корнета. Ладно там Миргородский, от него как-нибудь сумеют спастись, но что делать с этим юношей, который рано или поздно, но все же заметит неладное? И сам Иван Сергеевич, и незнакомец были безоружны, тогда как корнет имел первоклассный «стейер», да и еще и «лимонку» у пояса.

Ход, надо сказать, не очень спокойных мыслей Шатрова был нарушен тем, что корнет Васечкин вдруг неожиданно прервал свою болтовню. Подозревая, что-то неладное, Иван Сергеевич, не опуская руку с пистолетом, осторожно посмотрел на юношу. Корнет оживленно, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, вглядывался в темноту.

– Нет, право, ваше благородие, – изо всех сил стараясь смягчить вежливостью свои слова, произнес он, – не понимаю вас. Вот по правую руку овраг, да еще и заросший терновником. Лучшего места для того, чтобы кончить бандита, в округе не сыскать. Признаюсь, как мужчина мужчине, как солдат солдату, мне дела нет до этого негодяя, я его не знаю и знать не хочу, но к чему шляться по холодине, в темноте, где хоть глаза выколи, когда можно все завершить прямо сейчас и вернуться в Новониколаевку?

– Не забывайтесь, корнет! – сухо бросил ему Шатров, выведенный из терпения назойливостью Васечкина. – Или вас не учили обращению со старшими чинами?

Корнет осекся и, невнятно пробормотав извинения, сразу как-то сжался, отдалился от Ивана Сергеевича. Если бы не темнота, Шатров видел бы его обиженное лицо и надутые губы.

Незнакомец все также шагал впереди, заложив руки за спину и отлично играя рол обреченного на смерть. Трава чуть слышно шуршала под его легкими шагами.

Стояла тишина, только где-то невдалеке кричал козодой.

Шатров остановился.

– Стой! – крикнул он «конвоируемому».

Незнакомец остановился, из-за плеча лукаво прищуренным глазом следя за Шатровым и корнетом.

Морщась, как от зубной боли, Иван Сергеевич молча – кивком приказал ему спускаться в овраг.

– А вы, корнет, подождете здесь, – обернулся Шатров к Васечкину и вслед за незнакомцем стал продираться через колючие кусты терновника вниз по склону.

На дне оврага протекал ручеек, у него они и остановились.

– Превосходно! – незнакомец свободно расправил плечи. – Должен сказать, у вас просто талант по спасению мятежников из рук карателей. От Миргородского мы ушли – это самое главное.

– Но мне показалось, он что-то подозревает, – заметил Шатров.

– Было бы куда более странным, если бы Миргородский не подозревал. Это старый хитрый лис, просто вы, к вашему счастью, никогда с ним не сталкивались. Но не в нем сейчас дело. Надо что-то решать насчет этого юнца. Убить его будет легко…

– Я не собираюсь его убивать, – резко ответил Иван Сергеевич. – Он ни в чем не виновен.

– Согласен. Я сказал это лишь в расчете на вас. Мне-то что! Мне этот мальчишка не страшен, я вольная птица, а вот у вас могут быть неприятности. Теперь он знает вас в лицо и в последующем легко сможет разоблачить вас.

– Тем не менее это не причина, ради которой можно лишить жизни человека.

– Ладно, ладно, – махнул рукой незнакомец с видом человека, которому надоел этот разговор. – Сейчас важно подумать о другом. Оглушить, связать, я не знаю, но с корнетом надо что-то сделать, а не то он шустро донесет о случившемся.

– Я знаю, что делать, – холодно сказал Шатров и стал взбираться вверх по склону холма.

– Будьте осторожны, у него пистолет! – вослед ему напомнил незнакомец.

Иван Сергеевич ничего не ответил. Цепляясь рукавами за колючие ветви терновника, он выбрался наверх.

Позевывая, Васечкин, запрокинув голову в фуражке, смотрел на звезды, когда вдруг услышал позади себя шорох. Вздрогнув, он круто повернулся и оказался лицом к лицу с Шатровым.

– Что…уже? – бледнея сам не зная почему, еле пошевелил губами корнет. – Но я не слышал выстрела!

– Корнет, мой пистолет дает осечку, – произнес Иван Сергеевич. – Если бы вы одолжили мне…

– Ах, да, да, – торопливо забормотал Васечкин и полез в кобуру за пистолетом. Пальцы его почти не слушались и прошло немало времени, прежде чем новенький «стейер» оказался в руках Шатрова.

Спустившись обратно, Иван Сергеевич не сказал ни слова, а лишь показал незнакомцу пистолет корнета.

– Ловко, – одобрил тот. – А что теперь?

Сведши брови, Шатров с полминуты молчал, а потом начал говорить, глядя прямо в глаза неизвестного:

– Скажу вам откровенно: все это мне глубоко неприятно. Но я обещал помочь, и я это сделаю. Ложитесь и не двигайтесь, притворитесь трупом, короче говоря. Я заманю сюда корнета, все остальное делайте сами, так как я уже сказал, что ваша затея мне глубоко противна.

Чуть насмешливо посмотрев на Шатрова, незнакомец лег на молодую травку у самой кромки воды. И тогда Иван Сергеевич, подняв руку с пистолетом над головой, нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, тем более оглушительный, что сделан он был в глубоком узком овраге.

Когда отзвуки выстрела затихли, Шатров позвал корнета, и через минуту Васечкин, оступаясь и скользя по отвесному склону, спустился в овраг.

Иван Сергеевич молча кивнул на тело незнакомца, недвижимо лежащее шагах в пяти от них. Корнет оцепенел и, не будь темноты, Шатров увидел бы разлившуюся по его лицу бледность. Да и что тут странного. Васечкин был почти совсем еще мальчишка, душа его не успела ожесточиться, а равнодушным и смелым он лишь старался казаться.

Дрожа от страха, корнет приблизился к телу. Все последующее  было так стремительно, так молниеносно, что Шатров не то что отвернуться – моргнуть не успел. Проворно вскочив, как распрямленная пружина, незнакомец легко повалил Васечкина на траву – лицом вниз, и в мгновение ока связал его руки невесть откуда взявшейся у него уздечкой.

– Мальчишка кричать будет, ему бы рот кляпом заткнуть, – отряхиваясь, сказал незнакомец. – У вас, ваше благородие, фактура дворянская и платочек для носа наверняка имеется. Может, пожертвуете?

Не ответив, Шатров отвернулся. Неприятно и гадко было в его душе, словно весь он испачкался чем-то омерзительным.

– А, пусть! – махнул рукой незнакомец. – Он от страха до утра пролежит, не шелохнется, не пикнет. А вы все же, я посмотрю, чересчур чувствительны. Опасно это в наше время. Ну ладно, прощайте, – усмехнувшись чему-то в усы, произнес он, когда они выбрались из оврага.

Не дождавшись ответа, незнакомец немного постоял, а потом подтянул ремень и быстро зашагал вдоль оврага на восток. Пройдя метров тридцать, он вдруг остановился и, обернувшись, крикнул Шатрову, все еще стоявшему в задумчивости на краю оврага:

– Может, случится, даст бог, еще встретимся. Так знайте, кого вы спасли. Мое имя Нестор Махно!

Иван Сергеевич вздрогнул и пристальным взором посмотрел ему вслед, но было поздно. Ночная мгла уже поглотила его, оставив Шатрова одного.

Tags: Творчество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments